Прогнуть мир [СИ + иллюстрации] - Михаил Востриков

Маг по прозвищу Кобра — V. Прогнуть мир

Новый старый мир

Я дома!

БО-О-ОМ… БО-О-ОМ…

На колокольне храма во Имя, пробили пять популудни, и я открыл глаза. Потянулся…

«Ура, я дома!» — пронеслось в голове.

Быстро себя ощупал. На шее висел золотой змеиный подвес-свисточек. Медного браслета с большой буквой М посередине — маг, на левом запястье не было. Он ожидаемо обнаружился в пространственном кармане, вместе с одноразовой зажигалкой Lotus, скорострельным пистолетом Glok и номерами журнала «Новосибирские Огни» за 1975−76 годы с моим фэнтезийным романом «Маг по имени Кобра» в двух частях. Я прихватил эти журналы с собой на случай, если придётся кому-то рассказывать о себе. Тогда вот, нате, почитайте, здесь всё подробно! Да и так, на память о прошлых жизнях.

Похоже, я угодил в самое начало своего первого пребывания в этом мире… или где-то совсем рядом. А значит, весь мой любимый род Бести ещё жив, и пока ничего страшного с ним не случилось.

Дверь скрипнула, и в мою опочивальню без стука заглянул мой старший брат Эжен — высокий белокурый красавец, стройный, с небольшой аккуратной бородкой. Он «золотой» маг, всегдашний победитель боевых турниров на приз княгини Оли Ретт — супруги владетельного князя Красной Окумы, и мечта всех незамужних девушек, а равно с ними и некоторых замужних бев.

Последним обстоятельством Эжен активно и беззастенчиво пользовался. Однако жениться не торопился, ему и в родительском доме было хорошо — мамочка подаст, мамочка накормит.

— О! Королевские кобры ещё дрыхнут? — произнёс он с ехидной улыбочкой на губах. — Ши! Ши-ши! Ши-ши-ши! (это у него якобы на змеином — здравствуйте!) Вставайте уже, ваше высочество, грабли и корзина вас ждут.

Я слышал его мысли:

«Вот поросёнок, Кобра наша драгоценная, дрыхнет без задних ног… А что ему? Вакации, торопиться некуда! Я бы тоже дрых».

— Ура! — закричал я, сбрасывая одеяло. — Бегу, несусь! Без меня не начинайте!

Но дверь за Эженом уже закрылась и вряд ли он меня услышал.

Я вскочил с кровати, натянул лёгкий нитяной свитер, штаны и сунул ноги в мягкие башмаки козловой кожи.

Готов!

Редкий счастливый денёчек! По причине выходного дня весь мой любимый род был дома и собирался поработать в саду — убрать падалицы, подкормить деревья перегноем и много ещё чего. Мы все любили эту работу, когда вместе, поэтому садовника не звали.

Я скатился со второго этажа по лестнице с дубовыми ступенями и красивыми коваными перилами, вихрем пронёсся через гостиную и выбежал на крыльцо дома.

Яркое солнце ослепило. У нас днём почти всегда солнечно, тепло и влажно — такой климат. В нос ударил аромат свежести от недалёкого Океана, цветочных лиан по забору, и дыма от костра, в котором горели сухие листья и ветви. Непередаваемый запах родной усадьбы.

В саду

За домом, в саду, уже вовсю кипела работа. «Золотые» маги — мой отец Мих и мой дед Сим, обрезали с деревьев сухие ветки и кидали их в костёр. Моя мама Ани разгребала и перекапывала перегной в приствольных кругах, который ей туда высыпал из тачки мой брат Эжен, периодически наполняя тачку лопатой из ржавой двухкубовой ёмкости. К ёмкости были приварены два уха и переставляли её с места на место всегда вдвоём, одному было не поднять, даже с магией, слишком тяжёлая.

«Это и хорошо, что тяжёлая, — говорил мой дед Сим. — Стенки толстые, когда ещё проржавеют».

Рядом с ёмкостью одиноко стояли в плетёной корзине и ждали меня веерные грабли — сгребать с травы сухие листья, прочий мусор и в корзине всё относить в костёр.

Мама Ани работала быстро и мой брат Эжен едва успевал обернуться со своей тачкой. И в один момент, когда он ещё только шёл к ёмкости, мама облокотилась на лопату и крикнула:

— Эжен, перегной!

И тут… Не отдавая себе отчёт, на глазах у всего моего любимого рода, на полном автомате, я поднял ёмкость с перегноем и поставил её рядом с мамой Ани. Попросила же…

В моих руках ёмкость даже не дрогнула, будто я поднял не две с половиной тонны, а корзину с сухими листьями. И только когда поставил её рядом с мамой Ани, в пальцах вспыхнула знакомая сухая дрожь, будто пробежал электрический ток — магия.

Через секунду-две я осознал свой coming out, дёрнулся было поставить ёмкость на место, но поздно, все уже удивлённо смотрели на меня. Я впал в ступор — что сейчас будет⁈

— Ээээ… — произнёс Эжен. — Это что такое сейчас было⁈

Мама Ани испуганно прикрыла рот ладошкой, а мой отец Мих и мой дед Сим медленно подошли к ёмкости. После её ощупывания и обнюхивания между ними состоялся короткий диалог.

— «Вне категорий», точно! — сказал мой отец Мих. — За две с половиной тонны ручаюсь. Одному даже с «дважды золотом» не поднять.

— Согласен… — тихо сказал мой дед Сим, проведя ладонью по ржавому боку. — Не рычаг, не обман. Просто сила — магия.

Он внимательно посмотрел на меня:

— Экола! Может тебя и ещё чему-то такому за год научили в твоей Алхимозе? Что удивительно! Никогда там настоящую магию и алхимию не преподавали. Некому, я всех тамошних преподавателей знаю, слабаки. Может кто сильный появился?

Алхимоза — это, по-простому, Алхимический педагогиум великокняжеского Учёного Двора в Мане, где я сейчас учусь и откуда приехал на летние вакации.

— Это не в Алхимозе — пробормотал я, выйдя из ступора. — Долго рассказывать…

— Ничего, мы не торопимся, — отрубил мой отец Мих. — Давай, начинай!

И я начал. Чего бы я скрывался от родных? Я и в прошлый раз им всё про себя рассказал. Жаль тогда не поверили…

Мой рассказ

Родные присели на то самое бревно у того самого кострища, где в прошлый раз мы пекли картошку по рецепту моего деда Сима «Когда я был молодым», и я получил ожог запястья от особо яркой и горячей искры, влетевшей в букву М медного браслета.

И я, стоя перед ними, начал рассказывать. С жаром, жестикулируя… рассказал им все! Про все свои четыре жизни. Ну может быть за исключением совсем уже интимных и жестоких деталей.

Меня не перебивали и через